"В Суздале 15 судебных приставов в сопровождении милиции и понятых обрели чудотворные мощи преподобных Евфимия и Евфросинии Суздальских. На ВДПВ видео чуда.Вообще увлекательная история из серии "про жабу и гадюку" тянется уже много лет

Отжали мощи (много букв )

"В Суздале 15 судебных приставов в сопровождении милиции и понятых обрели чудотворные мощи преподобных Евфимия и Евфросинии Суздальских. На ВДПВ видео чуда.

Вообще увлекательная история из серии "про жабу и гадюку" тянется уже много лет. Началась она ещё на закате советской эпохи, когда из запасников суздальских музеев останки этой парочки передали местной общине верующих. Святыня была сильно потрепана жизнью и легко поместилась в коробку из под обуви. Затем у руководства общины что–то не заладилось с центральным руководством в Москве и они из РПЦ перешли в РПАЦ (это какие–то конкуренты). С раскольниками у нас разговор короткий. РПЦ методично отжало себе все храмы у отщепенцев кроме одного. Затем пришло время задуматься о духовном. Чем–то кости Евфимия и Евфросинии были близки каждому православному человеку и то, что они хранились в храме у раскольников очень сильно травмировало и оскорбляло их. Встал вопрос как эти кости отобрать. В ГК отсутствует упоминание мощей. Право собственности на человеческие останки тоже прописано как–то невнятно. Поэтому замутить прямой спор двух хозяйствующих субъектов было сложно. На помощь пришло Росимущество. Оно подало иск об изъятии у РПАЦ в пользу государства "объектов, представляющих культурную ценность религиозного характера, именуемых как мощи (костные останки)" преподобных Евфимия и Евфросинии Суздальских. И всё завертелось. Процесс об изъятии костей шел несколько лет. Кафка в гробу сгрыз все локти от зависти. Напомню — переданы были только кости, ящики для их хранения были сделаны уже потом РПАЦ, они государству никогда не принадлежали и исторической ценности представлять никак не могли. Коробку из под обуви, в которой передавались останки захоронили на заднем дворе какой–то церкви, но на неё вроде никто и не претендовал. Поэтому вопрос об объекте иска был весьма скользкий. Арестовали для обеспечения иска в итоге ящики, но не их содержимое.

В итоге добро как обычно победило. Суд присудил изъять в пользу государства "объекты именуемые как мощи". После того как владимирские судебные приставы проявили свою мягкотелость и не смогли обрести "объекты", директор Федеральной службы судебных приставов (ФССП) издал в середине февраля постановление о передаче исполнительного производства по делу в Управление по исполнению особо важных исполнительных производств центрального аппарата ФССП. Как видно из видео — дело пошло веселее. Святые были вырваны из лап раскольников. Православие восторжествовало. Слегка омрачает праздник тот факт, что в опечатанных как "объекты взыскания" раках мощей преподобных не оказалась. Видимо продолжение увлекательного соития земноводной и пресмыкающегося последует..."

Продолжение и объяснение юридических аспектов

"Для малочисленных разрозненных костных останков, идентифицировать которые уже не было никакой возможности, община изготовила две художественной работы резные деревянные раки, где, по некоторым предположениям, они почивают и ныне. Деревянная коробка, которая фигурирует на представленном музеем в суд фото под названием "Костные останки "святой Ефросиньи" (содержимого ящика на фото не видно), с некими костными останками был захоронен в 1990 г. за алтарем Скорбященского храма г. Суздаля, где, скорее всего, находится и поныне. Раки с изображениями преподобных Евфимия и Евфросинии благополучно простояли в Цареконстантиновском соборе до 2008 г., когда власти взялись верующих из этого храма изгонять. Поскольку выносивший соответствующее решение арбитражный суд, обязал общину освободить храм от всего движимого имущества, раки вместе с иконами и прочей утварью были перенесены в Синодальный Иверский храм Суздаля (улица Теремки, 2), где и находятся поныне в опечатанном судебными приставами состоянии.

Собственно, позиция РПАЦ и Митрополита Феодора на судебном процессе в Суздальском районном суде сводилась к 4 позициям: 1) никто из ныне живущих и известных Церкви людей раки с мощами не вскрывал и их содержимого не видел; 2) никто из получивших в 1988 г. мощи лиц Церкви и Митрополиту Феодору их не передавал, а, значит, во владение мощами они не вступали; 3) те или иные костные останки могут именоваться мощами преподобных Евфимия и Евфросинии Суздальских только в силу веры православных христиан, а Росимущество не является религиозной организацией, веры иметь не может, а значит должно иметь дело лишь с костными останками конкретных физических лиц, чью принадлежность надо устанавливать по закону; 4) российские и международные законы не устанавливают права собственности на тела людей – неважно, живых или усопших, святых или нет, — эти тела принадлежат самим людям, их носящим, поэтому никакой "собственности Российской Федерации" на тело человека быть не может, пока в РФ официально не провозгласят рабовладельческий строй и не приведут в соответствие с ним законы. Среди дополнительных тезисов защиты – отсутствие факта и акта передачи РПАЦ, а, тем более, Митрополиту Феодору "спорного имущества", свобода доступа для всех желающих, в том числе последователей РПЦ МП, к ракам преподобных в Иверском Синодальном храме, отсутствие процедуры вскрытия и передачи нерелигиозной организации святых мощей — так, чтобы эта процедура не оскорбляла религиозные чувства и не сопровождалась осквернением места захоронения. Абсурдность ситуации усиливается от того, что приставы во время безобразного штурма Иверского храма 30 августа (уголовные преступления, совершенные ими в тот момент, сейчас расследует Следственный комитет) арестовали деревянные раки, находящиеся на балансе прихода РПАЦ, а не их содержимое. Представители Теруправления Росимущества также постоянно подчеркивали, что им не нужны никакие костные останки, тем более конкретных физических лиц, поэтому упорно отказывались от определения любых физических признаков "спорного имущества". Например, в представленных суду "Возражениях" от 22 октября Теруправление пишет: "Истцом заявлены требования об истребовании объектов, представляющих культурную ценность (…), а не кости отдельного человека" (с. 8 "Возражений"). При этом Теруправление ссылается на некую "веру" (видимо, свою), которая кощунственно допускает поклонение каким–то заведомо вымышленным мощам ("объектам, именуемым как"), никак не связанным с останками преподобных Евфимия и Евфросинии Суздальских, знают об этом ("не кости человека"), но довольствуются этим обманом и приобщают к нему других!

С другой стороны, всячески уклоняясь от требования ответчиков назвать хоть один физический признак "спорного имущества" (вес, цвет, размер, объем, количество фрагментов, консистенцию, материал и т.п.), то есть превращая это имущество в нематериальное, в чистый объект веры, Теруправление тут же пишет в своих "Возражениях": "Истребуемое истцом имущество (…) имеет материально телесное выражение". "Какое же оно?!" — вопиют ответчики (этот вопрос, если считать еще арбитражный процесс по тому же спору в 2012–13 гг., звучал в залах судов сотни раз). Но истец никак не отвечает, говоря (теперь, после "ареста мощей" судебными приставами, когда ответственность можно свалить на них): оно таково, каковым его опечатали приставы, они правильно определили, каково оно. А приставы, напомним, опечатали деревянные раки с резными изображениями. "Так вам нужны раки или костные останки?!" — продолжают вопиять ответчики. "Нам нужны объекты, представляющие культурную ценность религиозного характера…", — продолжают отрешенно твердить заученную мантру, лишенную смысла, истцы. Понятно, что девушкам, посылаемым на эти заседания Теруправлением, лично никакие мощи не нужны – возможно, в глубине души им дико, что приходится заниматься таким фантасмагорическим делом. Не нужны они лично и судебным приставам, и судье. Но есть очень сильный приказ, который они почему–то не могут не исполнить, вот они его и исполняют, не считаясь не с какими абсурдами.

На прениях, которые, по закону, завершают рассмотрение дела по существу, представители РПАЦ предупреждали суд, что при таком небрежном отношении к выяснению предмета спора может выйти "мистификация века", которая вряд ли устроит подлинных заказчиков и кураторов этого процесса. Если судебный пристав, "обладая достаточной религиоведческой и церковно–богословской квалификацией", опознала мощи святых в образе деревянных рак, то Владимирская епархия РПЦ МП, стыдливо прячущаяся за мундир этого пристава, может в них того же самого не опознать. И что тогда? Кто будет виноват?"

Пока никто не отметился
Рейтинг: 2 - 4 голоса

Комментарии 2

Войдите или зарегистрируйтесь чтобы добавлять комментарии

23:11
На видео крутой замес получился
23:46
За пустые деревянные коробки то? Да!

Популярные блоги